
Яков Брюс – “русский шотландец” и сподвижник Петра I – стал героем новой выставки в Кремле. / Илья Питалев/РИА Новости
Одним из героев ренессансного масштаба был “русский шотландец” Яков Вилимович Брюс. “Незамеченный гений”, – называет его куратор проекта Ольга Дмитриева. Выставка исправляет эту несправедливость. О новом проекте Музеев Московского Кремля рассказывает Ольга Дмитриева.
О Якове Вилимовиче Брюсе в Москве напоминает только название переулка. Сухаревская башня, где он устроил Школу математических и навигацких наук, не сохранилась. Как возникла замысел выставки о нем?
Ольга Дмитриева: Для Музеев Московского Кремля естественен интерес к эпохе Петра, к которой мы обращались не раз. Мы предлагаем новый взгляд на это время – через знакомство с личностью Якова Вилимовича, или Джеймса Дэниэля Брюса. Один из ближайших сподвижников Петра, он заслуживает, чтобы о нем помнили. Этот феноменально одаренный человек, чрезвычайно энергичный, очень много сделал для России в самых разных сферах. Его военно-политической карьере посвящена первая часть экспозиции – в Одностолпной Палате. А вторая часть посвящена “вселенной Брюса”. Ученый, энциклопедист, экспериментатор, он остался, как ни странно, “незамеченным гением”, хотя чрезвычайно много сделал для просвещения России. Так что на выставке мы представляем его в двух ипостасях: как государственного деятеля, и как ученого.
Кроме того, нынешний год объявлен Годом единства народов России. Россия – могучий плавильный котел, здесь всегда жили, работали люди разных национальностей. В эпоху Петра I люди из разных социальных слоев могли выдвинуться благодаря своим личностным качествам. Джеймс Дэниел Брюс – яркий пример взлета карьеры фантастически одаренного человека. Он успел за свою жизнь сделать невероятно много.

Выставка “Яков Брюс, шотландский гений Петровской эпохи” продолжает цикл проектов Музеев Кремля, посвященных личности и времени Петра I. Фото: Александр Корольков/ РГ
Но родители Брюса не при Петре приехали в Россию? Кем они были?
Ольга Дмитриева: Брюс – из второго поколения шотландцев, служивших в России. Его отец поступил на службу к царю Алексею Михайловичу в 1647 году. Приехал из Голландии прапорщиком. Дослужился до полковника. Участвовал во военных кампаниях против Польши, Швеции. Много раз был ранен. В Москву его полк перевели из Смоленска. У него было два сына – Роберт и младший – Джеймс, и дочь Елизавета. Полковник умер, когда дети еще не выросли. Мать умерла совсем рано. Даже имени мы ее не знаем. О детях заботилась шотландская община.
Про немцев, Франца Лефорта все знают. А шотландцы меньше у нас известны.
Ольга Дмитриева: Шотландцы, профессиональные военные, появились на русской службе еще при Иване Грозном. При Алексее Михайловиче, который занялся модернизацией армии, они тем более были востребованы. К тому же после английской революции и казни короля Карла I Стюарта, шотландцы-роялисты покидали страну, не признавая протектората Кромвеля. В России оказались представители виднейших шотландских кланов: Гордоны, Брюсы, Лесли, Гамильтоны, Давидсоны, Мензисы… Их дети росли в Немецкой слободе, корни свои прекрасно знали. И при этом Россия – уже их родина.

Первоначально восьмилучевые звезды ордена были шитыми, впоследствии их стали выполнять из серебра. Фото: Екатерина Якушева/РГ
На выставке мы покажем документы, связанные и с отцом Брюса, и с шотландской когортой Петра. Среди редчайших – дневник Патрика Гордона, влиятельного дипломата, военачальника, сподвижника Петра. Дневник обширный – шесть книжек. Мы раскрываем его на странице, где Гордон пишет, что был приглашен на свадьбу к майору Брюсу и там был государь. Это первое свидетельством о близком знакомстве Петра и Брюса. Царь приходит на свадьбу к офицеру.
Брюс был одним из русских шотландцев…
Ольга Дмитриева: Да. Для него английский, русский, немецкий были равно родными языками. Он начинает службу при царевне Софье. А потом был среди тех, кто поддержал Петра в его борьбе с сестрой-соправительницей. И рядом с Петром он превращается в “совершенного офицера”.
Что сближает царя Петра I и молодого майора?
Ольга Дмитриева: Познакомил их, видимо, Патрик Гордон, которого Петр I очень ценил. Но Петр нашел в Якове Брюсе человека близкого по духу, очень энергичного, деятельного, и, безусловно, самого просвещенного в его окружении. Выясняется, что Брюс способен решать задачи чрезвычайной сложности. Брюс едет с Петром в Архангельск и становится там кораблестроителем, хотя начинал как кавалерист. Превращается в инженера-фортификатора. Участвует в Азовских походах, где командует морской ротой. Петр берет его с собой в Великое посольство, и там раскрывается его талант ученого. Вероятно, там Брюс впервые понимает, что его безмерно интересует наука.

Петр I ценил Брюса как ученого и оставил его в Англии для изучения математики и поиска специалистов. Фото: Екатерина Якушева/РГ
Петр это ценит?
Ольга Дмитриева: Очень. Петр видит в нем не просто человека, знающего много языков и помогающему ему в зарубежном посольстве, он понимает, что Брюс настоящий ученый. Петр оставляет его на полгода в Англии, когда покидает Британию сам. И Брюс занимается там математикой, встречается с ведущими астрономами Джоном Флэмстедом, Эдмундом Галеем… Параллельно находит специалистов для службы в России, покупает научные и технические инструменты.
Когда Брюс возвращается в Россию, он фактически создает русскую артиллерию как отдельный род войск. Артиллерия требовала знаний баллистики, химии, оптики, математики. На выставке мы показываем роль Якова Брюса в Северной войне, в ходе которой он назначен генералом-фельд-цехмейстером русской артиллерии.
Энциклопедист Яков Брюс остался “незамеченным гением”, хотя многое сделал для просвещения России
Звучит загадочно.
Ольга Дмитриева: Попросту говоря, Яков Вилимович тянул все. Он начал с устройства литейных заводов и отливки орудий, обеспечил переброску тяжелых пушек по нашему бездорожью, наводил переправы, командовал сражениями, брал крепости на театре военных действий от русского северо-запада до Польши и Померании…
Петр назначит его сенатором и первым президентом Берг и Мануфактур-коллегии. Это беспрецедентно. По указу самого же Петра I иноземцев не могли ставить во главе коллегий. Вице-президентами – пожалуйста, но не президентами. И Яков Брюс царю об этом напоминает. Но Петр I тут делает исключение. И Брюс отвечает в стране за горные разработки, металлургию и промышленность. Города Пермь и Екатеринбург начинались с заводов, заложенных Брюсом.

Обычно подобные небольшие орудия использовались в качестве салютных, хотя не исключалось возможность и их боевого использования. Фото: Музей Московского Кремля
Размах, как у человека Возрождения. Но в России не было Ренессанса.
Ольга Дмитриева: Но эпоха Просвещения у нас была. И Брюс был человеком этой эпохи – Просвещения и научной революции XVII-XVIII веков.
Он был мотором этой революции в стране?
Ольга Дмитриева: Безусловно, вместе с Петром I. И Брюс, и Петр жадно поглощали знания. Они вместе занимались математикой, вместе несколько месяцев занимались астрономией – ездили в Гринвичскую обсерваторию. Яков Брюс слушал лекции математика Джона Колсона, даже жил в его доме. Видимо, природные таланты и занятия у крупнейших ученых в Англии дали Брюсу возможность сделать рывок в развитии. С точки зрения научного уровня, в России ему, конечно, равных в ту пору не было. Мы покажем на выставке его собственные интереснейшие заметки по математике, астрономии. Благодаря ему на русском выходит перевод трактата Гюйгенса, где впервые в России популяризируется гелиоцентрический взгляд на Вселенную. Первое официальное русское издание.
Брюс прекрасно знал работы Лейбница и Ньютона (а это квинтэссенция научной революции того времени), он старался разъяснять, популяризировать в России теорию света, закон всемирного тяготения, интегральные и дифференциальные исчисления, теорию движения планет… Он работал на острие науки своего времени.
Более того, Брюс один из тех, кто стоит у истоков идеи Академии наук в России. Он отвечал за переписку с Лейбницем, который впервые Петру этот проект предлагает. И Брюс поддерживал эти идеи. Не случайно, он еще при жизни дарил Академии очень много приборов, книг, инструментов. А после смерти Брюса Академия наук унаследовала его роскошную библиотеку и всю его коллекцию инструментов.

На земном глобусе с печатной и вручную раскрашенной картой мира показаны первые кругосветные путешествия англичан Френсиса Дрейка в 1577-1580 гг. и Томаса Кавендиша в 1586-1588 гг. Фото: Екатерина Якушева/РГ
При таких-то вводных данных звание чернокнижника и мага ему было гарантировано. Вы обращаетесь к этому фольклорному мифу?
Ольга Дмитриева: Мы показываем макет Сухаревой башни из Музея архитектуры и сохранившиеся детали ее декора. Башня эта, где Брюс устроил для учеников Школы навигацких наук обсерваторию, физическую лабораторию, в глазах темных людей выглядела таинственным местом. Брюс вел там астрономические наблюдения, в том числе и по поручению царя. С другой стороны, границы естественных наук еще только формировались, и астрономия могла мирно уживаться с астрологией, химия – с поисками эликсира вечной молодости… Так что легенды о кудеснике Брюсе, живущем в башне на Сухаревке, дожили даже до первой четверти ХХ века.

Миниатюра с портретом короля Швеции Фредрика I Гессенского (1676-1751). Фото: Александр Корольков/ РГ
А кроме мифов, остались ли мемории Брюса?
Ольга Дмитриева: Его вещей в музеях немного. В частности, мы показываем кафтан, в котором он был похоронен. Когда лютеранская церковь Святого Михаила был демонтирована в советское время, то могилу Якова Вилимовича открыли. Его погребальный комплект передали в Исторический музей.
На выставке будут инструменты, привезенные Брюсом из Лондона. В частности, двойной миниатюрный глобус, у которого “футляр” – небесная сфера, а внутри – земная.

Погребальный костюм Я.В. Брюса, в который входил кафтан, камзол и кюлоты, происходит из московского захоронения в склепе лютеранской кирхи Святого Михаила в Немецкой слободе. Фото: Государственный исторический музей, Москва
Мы показываем рукописи, автографы Брюса, и Петра I. Например, распоряжение царя о награждении орденом Святого Андрея Первозванного тех, кто участвовал в Полтавской баталии. Cписок награжденных составлен лично Петром I.
Что сохранилось лучше всего?
Ольга Дмитриева: Книги из его библиотеки. В ней было около полутора тысяч томов на 14 языках. Среди раритетов – труды Леонардо да Винчи, Дюрера, Палладио… Особенно интересны издания с его пометками. Например, Библия с посвящением шведскому королю Карлу XII, где перечисляются его титулы и земли, которыми он владеет. И среди его земель названа Ингерманландия. Брюс вычеркивает это название на титульном листе и подписывает: “Anno 1705”.
Он же собрал еще роскошную коллекцию редкостей.
Ольга Дмитриева: Считается, что его собрание уступает только императорским. После смерти Брюса все его коллекции пополнили Кунсткамеру – первый публичный музей в России, созданный Петром I.
Брюс был выдающимся собирателем. Системный подход ученого очевиден в формировании и библиотеки, и кабинета редкостей. Как все в ту пору, он собирает монеты и медали, у него есть мюнц-кабинет. У него были восточные коллекции – там есть археологические и этнографические памятники. Его китайская коллекция – топовый сюжет нашей экспозиции.
Отдельная история – его интерес к древностям Российской империи. Яков Вилимович впервые заказал портретную серию резных инталий от Рюрика до Петра (она у нас будет представлена). Эти портреты всех великих князей (пусть и воображаемые) и государей положили начало традиции создания серий медалей. Первая такая серия была сделана по инициативе Ломоносова. Но его предшественником был Брюс.

Портрет Фредерика IV – короля Дании и Норвегии в 1699-1730 гг. Портрет А.И. Остермана – государственного деятеля и дипломата, выходца из Вестфалии, который с 1703 года находился на русской службе. Портрет П.И. Ягужинского – государственного деятеля, дипломата (слева направо). Фото: Екатерина Якушева/РГ
Самая большая редкость – сам Яков Вилимович Брюс.
Ольга Дмитриева: Конечно. Невероятная личность. Важнейшая фигура в истории России. Один Ништадтский мир 1721 года чего стоит! Благодаря Ништадтскому миру, что положил конец Северной войне, Россия получила выход к Балтийскому морю. Под Ништадтским договором – подпись и печать Брюса. На выставке можно увидеть этот документ.
А переговоры со шведами были очень тяжелые. Там были сложные обмены землями, контрибуции. В какой-то момент Петр I сказал: отдайте им Выборг. И вот едет Ягужинский с приказом от Петра отдать Выборг. А в этот момент Остерман с Брюсом понимают, что у них хорошие подвижки на переговорах. Они велят коменданту Выборга Ягужинского напоить, хорошо принимать. Словом, задержать. Три дня его кормят, поят нон-стоп. А тем временем Брюс и Остерман смогли со шведами договориться, что Выборг отходит России.

Экспонат “Кувшин рукомойный в виде скульптуры английского короля Карла I Стюарта на коне”. Фото: Екатерина Якушева/РГ
Источник: Telegram-каналы
SukhodolskiyPRO — светские новости, афиша и звёздная хроника

